О роли нецензурной лексики в творчестве группы «Кровосток»#
Митя Кафешкин
DOI 10.55167/2c0beeb43f29
Группа «Кровосток» за более чем 20 лет своего существования выпустила 0 цензурных треков. Из 89 ее композиций (86 с семи альбомов и еще 3 сингла, вышедших позже) нет ни одной, в которой бы отсутствовал мат, не говоря уж о другой обсценной лексике.
Это не случайно. Участники «Кровостока» изначально создавали проект, который не должен был цитироваться на радио и по телевидению. Насытить свои тексты нецензурной лексикой — отличный способ добавить головной боли редакторам.
«У нас есть точная рамка, по которой нас можно узнать, — рассказывал в интервью один из основателей группы Дмитрий Файн. — Нет ни одной песни, которая радио или ТВ-френдли. Нет ни одного трека, который, даже если его забипать, будет приемлем для какого-нибудь эфира. И в этом смысле мы держим марку. То есть это может быть и лирика, это может быть и что-то такое протестное. Но в любом случае — это должно быть неформатное».
«Кровосток» создан московскими художниками Антоном Черняком (Шило) и Файном (Фельдман) в конце 2003 года. Черняк стал фронтменом и вокалистом, а Файн в соавторстве с другими участниками проекта занимается созданием текстов, но не появляется на сцене во время выступлений. Битмейкером группы в начале был Сергей Крылов (Полутруп), которого в 2007-м сменил Константин Рудчик (Фантомас 2000), ставший затем и бэк-вокалистом.
Первый альбом группы под названием «Река крови» вышел в 2004 году и, как показало время, оказался важным событием для российской музыкальной сцены. Песни криминальной тематики, исполненные от лица лирического героя монотонным речитативом, стали визитной карточкой группы. В начале 2022-го журнал «Афиша Daily» поставил «Реку крови» на 43-е место в списке 100 лучших постсоветских музыкальных альбомов1.
Черняк (1971 год рождения) и Файн (1970) вместе учились в московском художественном училище — МГАХУ памяти 1905 года. По словам Черняка, после этого они занимались «разнообразными художественными практиками».
В 1990-е они были частью нескольких арт-объединений, наиболее известным из которых было «ФенСо». Ее участники рисовали картины, создавали видеоарт, инсталляции, участвовали в перформансах.
В 2000 году творческое объединение «ПГ» выпускает провокационный по содержанию музыкальный альбом, где Черняк впервые читает рэп на композиции «Текстильщики». Фактически она стала прародителем фирменного стиля «Кровостока», который появится еще через несколько лет. Почему же художники вдруг занялись другим видом искусства?
«Есть такой термин трикстерство. Такая роль некоего провокатора, который вторгается в другие области. Собственно, нас это всегда интересовало. Мы и в искусстве как-то искали и провоцировали, и решили расширить этот эксперимент и залезли на совершенно несвойственное и непривычное нам поле, а именно музыкальное. Собственно, в этом и был прикол», — рассказывал Файн.
Основатели «Кровостока» отмечали, что группа является музыкальным проектом «постольку-поскольку». Однако она обновляет свой стиль с течением времени, сохраняя при этом фирменные черты.
«Заморачиваемся в том смысле, что мы хотим, чтобы у нас была качественная музыка. Но это не то, чем мы хорошо умеем заниматься. Мы не знаем нот, у нас нет музыкального образования», — говорил Черняк.
Обсценная лексика играет у «Кровостока» важную роль, оставаясь неизменным элементом, который с течением времени не теряет своей значимости.
«Это просто очень мощное выразительное средство. Мякотка русского языка. А еще в текущей реальности, когда язык нормативный врет нам везде, тут есть элемент правдивой искренности. Что действительно так, потому что, когда люди говорят матом, они говорят как бы от души. Нам было это важно. Мы не хотим никого обманывать и вот как-то мы хотим так на искренней волне пообщаться», — говорил Файн в интервью группы Ксении Собчак в 2015 году.
Тогда же Черняк ответил на ее вопрос о том, кто матерится талантливо: «Как правило, это те, кто подсматривают наиболее удачные образцы народной ненормативной лексики. Например, Владимир Сорокин, всем известный, Владимир Нестеренко. Как и мы, они, как мне кажется, часто берут удачные фрагменты из услышанного. Их это видимо настолько потрясает, что они как-то хотят поделиться этим с другими».
Лирические герои песен «Кровостока» говорят на языке, который в их речи звучит органично и естественно, ведь обсценная лексика является частью повседневного общения. Мат при этом не выделяется при исполнении песен, но группа использует весь потенциал обсценной лексики.
«Как-то решили писать гангста-песни и исполнять их. Другими они быть не могут. Поэтому мы сделали их максимально такими, которыми мы представляем себе и какими, на наш взгляд, они должны быть <…> Если быть краткими, мы из окраинных районов, но при этом мы сами, конечно, не гопники. Не очень их любим. То есть любим, скорее, как явление жизни. Но сильно мне общаться прямо не приходилось. Так, скорее, по касательной», — рассказывал Черняк.
«Безусловно, мы совершенно не соответствуем образу, который мы создаем. Просто в силу определенных причин он создан убедительно — хороший текст, хорошая музыка, хорошая читка, наблюдательность. Хорошие ребята сделали хорошую вещь, и им повезло, что тоже важно», — говорил Файн.
«Кровосток» славится мастерским сторителлингом. Тексты песен очень кинематографичны. Мат в них часто переплетен с философскими афоризмами, а мрачные реалии перемежаются с иронией лирических героев.
Например, в популярном треке «Амфибия» гангстер после лирического описания заката попадает на курортную вечеринку («Ну, здрасьте-мордасти, курортнички хуевы») и расстреливает ее:
И будет фарш, и будет мясо, и будет закат
Не ищите виноватых — тут никто не виноват
Музыка смолкнет, с визгом порвется шёлк
Жемчуг по мрамору будет цок-цок-цок-цок
Цок-цок-цок-цок — выстрел, гильза, пол, отскок
Цок-цок — и фонтан из шей ебашит в потолок
Цок-цок — все напитки стали, как томатный сок
Цок-цок-цок — ползи-ползи-ползи наискосок
Нет, это суперзакрытая вечеринка не задалась
Темнота лежит на Ливадии, как на ранке мазь
Дохуища фотовспышек, а потом тела в мешки
Молодой ментовке будут ярко сниться кишки.
Затем оказывается, что герой — амфибия, ставший жертвой разборок в 90-е, и делится воспоминаниями.
Эх, парняги из Феодосии убили меня к хуям
К ногам аккумулятор, и сверху с обрыва прям
Я их умно прокинул на вагончик спирта «Royal»
Ну, а парни забрали жизнь и с кармана шмаль.
После этого происшествия он попал в некое морское царство, где обитают русалки и «другая морская хрень», прижившись там. Ему по нраву местная идиллическая жизнь, но все же потаенное беспокойство заставляет его иногда всплывать на поверхность.
Они здесь типа все хиппи: ебутся, поют и торчат
И в основном мне нравится их позитивный лад
Но иногда, бля, накатит гнев из утробных глубин
И вот тогда я всплываю, как сердитый дельфин.
Покидая морское царство, герой на время возвращается к прежнему роду занятий. Таким экстравагантным образом он гасит внутренний конфликт («Нервы я поправляю, чтоб с психикой было ок») и сохраняет хорошее настроение: «Я в тонусе, и я ебать прекрасен, я-я-я как заря». И это последняя строка в песне, начавшейся с захода солнца.
Герои песен «Кровостока» — не только бандиты, но и наркопотребители, различные маньяки, а также представители вполне легальных профессий, связанных с «темной» стороной жизни. Например, есть треки, которые исполняются от имени снайпера или патологоанатома, а в 2023 году группа выпустила песню от имени исторической фигуры.
Трек «Ленин» — не первый в творчестве «Кровостока», который погружает слушателя в атмосферу масштабного социального катаклизма и/или гражданского противостояния. Подобное было в песнях «Беспорядки», «Москва — область» и частично в композиции «Сердце майора», но с безымянным героем.
Владимир Ильич Ульянов-Ленин известен тем, что в своих статьях и письмах часто ругался, прибегал к грубым и резким выражениям. В песне «Кровостока» мат в его словах усиливается еще и тем, что он сам отзывается о себе с некоторым сарказмом.
Я же нахуй Владимир Ленин
Я же Ленин Владимир Ильич
И вот я проявился из тени
Прям как на Пасху кулич
Что-то меня разбудило
Что-то сказало: «Подъём!
Вставай, Володя-чудило!
Вставай, Володя, пойдём!»
По тексту, Ленин восстает из мавзолея с качествами супергероя из комикса и совершает новую революцию.
А вы думали, что я мёртвый?
Какое же вы всё ж мудачьё
Я наебнул Россию, я ж тёртый
Я лежал и ждал кулачьё
А потом я встал, и я вышел
И увеличился в двести раз
И тело моё стало пламенем
И лазеры били из глаз
Я разъебал их сраную армию
В купеческой ссаной Москве
Капитуляция, экзекуции
И моё воцаренье в Кремле
Герой рассказывает о цели правления («коммунизм без труда») и выразительно оценивает и характеризует себя: «Я же нахуй Владимир Ленин — главнейший я русский фрик». Заканчивает он текст своей песни словами «Я тот, кто умывает кипятком».
Возможно, «матерный Ленин» «Кровостока» — это просто развитие пост-фольклора вокруг 1970 года, когда в массовый обиход хлынули анекдоты и частушки по случаю столетия со дня рождения основателя советского государства.
Разрубил березу на поленья
Он одним движением руки…
Мужики спросили: «КТО ТЫ?» — «Ленин».
И опизденели мужики.* * *
Я с утра пол-литру водки выпил,
Жажду организьма утолил:
Полегчало так, как будто Ленин
В семь часов со мной поговорил2.
Нецензурщина у «Кровостока» — не просто лексический прием, но важный элемент сложной и многогранной картины, нарисованной авторами. Несмотря на ее обилие, интересные художественные приемы позволяют «зацепить» и часть интеллигентной аудитории.
Авторы позволяют публике заглянуть за кулисы и посмотреть на неприглядные стороны жизни. Они щекочут нервы слушателя, но при этом показывают лишь нарисованное полотно, запечатлевая дух настоящего времени и свое видение текущего момента.
Цитаты взяты из интервью:
https://vk.com/video155093636_171329016
https://www.youtube.com/watch?v=3hVXchduDJ0
https://www.youtube.com/watch?v=tvnHOpe9mqA
DOI: 10.55167/2c0beeb43f29